Смешные истории, анекдоты, приколы

Оставить след в истории очень трудно, зато вляпаться в историю - всегда запросто!

10! смешные истории

 

Про ленивых падонков

Славик и Виталик сидели за столиком в кафе и ели колбаски, запивая их пивом из высоких стаканов.
- Именно то, что надо, - констатировал Славик, гипнотизируя взглядом подцепленную на вилку половину колбаски.
- Согласен, - кивнул Виталик, отхлебнув пива. – В колбасках – жизнь.
- И холестерин.
- А разве холестерин не в майонезе?
- Или в яйцах…
- Но только не в моих.
Наступила длинная пауза: друзья сосредоточенно жевали.
Они были похожи друг на друга, как две капли «Будвайзера»: оба высокие, тощие, ленивые и абсолютно бесполезные в жизни люди. Свою бесполезность они неоднократно и успешно доказывали еще в школе, где вместе сидели за партой, потом – в армии, умудрившись попасть в одну автороту. Об их героической службе по военной части до сих пор ходили легенды: рядовые Бакланко и Чуриков до самого дембеля не освоили даже чистку сортиров, а их участие в стрельбах долгие годы спустя снилось командному составу в ночных кошмарах.
После армии друзья выучились в одном институте на инженеров, и лишь с началом производственной практики пути их разошлись. Но, к счастью, не навсегда. За относительно недолгий период разлуки Виталик довел до развода свою жену-еврейку, которая готова была смириться даже с тем, что муж гуляет налево, неистово жрет водку с перерывами только на перекур и является домой под утро. И то не каждый день. Лишь бы раз в полгода выполнял свои супружеские обязанности и показывался на глаза теще. Но на вечный мужнин пофигизм ко всему на свете она не подписывалась. Славик совершил подвиг похлеще – он просто не явился на собственную свадьбу, после чего долго скрывался в подполье от родни похеренной невесты.
- Слушай, а может – по окорочкам? – Славик освежил диалог новой идеей.
- С пивом? – уточнил Виталик.
- Яволь! Барышня! – Славик помахал рукой официантке.
- Да несу уже, несу, - откликнулась та – программу этих двоих она знала наизусть. В кафе Славик и Виталик зависали регулярно, когда позволяли финансы. А финансы позволяли – окромя как на жрачку, ребята тратились только на легонькую развлекуху, типа, позырить перед сном телек.
- Пожалуй, вечерком возьму еще пивчанского, на диване поваляюсь, - мечтательно произнес Виталик. – Заценю, чё по тиви крутят.
Славик закурил сигарету.
- Фэ, Виталий Борисыч! Я начинаю бояться, что вы деградируете. Скатываетесь, такскть, в бездонную пропасть деградации.
- Чё так плохо? – удивился Виталик.
- Да у тебя один телевизор на уме. А я, например, неуклонно расширяю свои культурные горизонты. Вот, диск дивиди купил себе.
- Охреневаю с твоих культурных горизонтов. Какой фильм?
- Не помню. Дома валяется. Я его полгода назад взял.
- Ну-ну, - глубокомысленно высказался Виталик. – Не исключено, что когда-нибудь ты его даже посмотришь. Но лично я в этом слегка сомневаюсь. Это же надо плеер в розетку втыкать.

Гелла и Наташа сидели в другом углу зала и периодически бросали косые взгляды на единственных присутствующих в кафе мужчин.
- А ничё так ребята, - наконец, сделала вывод Гелла. – Мне светленький нравится. Спорим, разведу за вечер – потом месяц за мной бегать будет?
- Ага, - тихо поддакнула Наташа. Она сама была та еще разводилка – с виду милая, интеллигентная девушка. Сегодня она целый день мучилась после недельного перепоя, учиненного ею в компании таких же милых интеллигентов. Говорить громко ей не хотелось – каждое сказанное слово гулко отдавалось прямо в мозги. Собственно, именно из-за этого подружки пошли посидеть в кафе, а не зарулили в ближайший ночной клуб. Алкогольная интоксикация заметно пригасила нежную Наташину любовь к приключениям.
- Чё ты сегодня всё «ага» и «ага»? Язык отшибло? Вот что пьянка с людьми-то делает… - Гелла притворно вздохнула. – Карочь, сестра по разуму. Если, как я сказала – с тебя бутылка текилы. Забились?
- Фиг там, - возразила Наташа. Мозги всколыхнулись, но девушка мужественно поборола прилив тошноты. – Я тогда рыженького склею, буду я еще тут сидеть, как есенинская женщина…
- Тургеневская женщина, тупизматус законченус, - высокомерно поправила Гелла.
Наташа махнула рукой.
- До дверцы, я их не различаю. О, я чё придумала-то… В общем, спорим, он себе вены порежет?
Гелла пристально вгляделась в подружку. Вроде Натарик как Натарик, а иногда такое ляпнет – уши косяками сворачиваются. Недаром «милая девочка», учась в мединституте, таскала в сумочке скальпель для вскрытий, которым (если за ней не успевали доглядеть) легко могла анатомировать на вечеринке рулет.
- Ладно, - Гелла пожала плечами. – Значит, одна из нас проставляется текилой, ес?
- Афкос. И чего мы сидим?
Гелла в темпе подкрасила губы.
- Ну, вперед. Ты как, в форме?
- Не в спортивной, но юбка у меня с разрезом. Всё, пошли, они на нас уже пялятся.

- Бабы, - сказал Виталик, отводя взгляд от девушек, явно грустивших над своими чашечками с кофе и пепельницей.
- Мы чё – о бабах говорим? – сообразил Славик.
- Да нет… Почему – о бабах? Просто… они там сидят.
- Ну и пусть, мне-то чего? – Славик доедал второй окорочек, и был преисполнен снисхождения к окружающему миру.
- Да и мне, в общем, по ударной установке, - Виталик присосался к пиву.
- Ага, а помнишь, как ты в седьмом классе от физрука по ударной установке огреб? – развеселился Славик.
- Между прочем, было совсем не смешно, - Виталик нахмурился. – Возможно, именно из-за этого я не могу иметь детей.
- Не из-за этого, - Славик замотал головой. – Тебе просто лениво трахаться. Я почти уверен.
Следующие несколько минут одноклассники расправлялись с остатками окорочков.
- Я хочу стать жирным, - с некоторым вызовом обозначил свою новую стратегию Виталик. – Хочу, чтобы у меня был реальный живот. А то я какой-то тощий. Я хочу выглядеть солидно, чтобы все меня уважали.
- Дружище, мы над этим неустанно работаем, - напомнил ему Славик.
- Мне уже тридцать два, - поделился Виталик секретной информацией. – Это тот возраст, когда надо жить в своё удовольствие и пить пиво. Знаешь, как эти… немецкие… шредеры!
- Бюргеры. Только у бюргеров обычно есть фрау, а со своей фрау ты разошелся, как авианосец «Генрих Гиммлер» и субмарина «Ева Браун».
- Не поминай всуе… - вздрогнул Виталик. – У меня после этой субмарины первые седые волосы появились.
Славик скептически хмыкнул. Первые седые волосы у Виталика появились, когда по составленному им грамотному и профессиональному проекту подъемный кран установили за три квартала от стройплощадки. Что касается Виталиковой семейной жизни, поседела как раз его бывшая благоверная. Почему и решилась, в конце концов, подать на развод – бедняжке слишком часто приходилось восстанавливать природную блондинистость при помощи краски.
- Привет, ребята! Сигаретами не поделитесь?
Славик и Виталик повернули головы.

- Меня Гелла зовут, - Гелла легко присоседилась к Славику, отчего тот пролил на штаны сразу полстакана пива.
- Сла… Сла… Сла… …вик.
- Очень приятно, - Гелла серебристо засмеялась. – А это – Наташа, - Наташа отвесила небрежно-изысканный поклон. – Можно звать Наталичкой, Наталей или Натариком. Она не обижается.
- Я вас не стесню? – Натарик плюхнулась по левую руку от Виталика. Тот инстинктивно сдвинулся вправо.
Над столом отвисло две челюсти.
- А… а… а… - формулировать несуществующие мысли Виталик умел очень плохо. – А чего так?! – нашелся он.
- А просто! – в тусовку тормозов Гелла не входила. – Нам с Наталей ужасно скучно… без мужского общества… и, - она посмотрела на Славика серьезными глазами и прильнула губами к его уху, - и сегодня я, кажется, поверила в любовь с первого взгляда.
Ошарашив этим известием и без того полностью деморализованного Славика, Гелла сложила ручки на столе и так же серьезно посмотрела на Виталика.
- Алексеич, у тебя на ухе помада, - сообщил Виталик.
- Ой! – воскликнула Гелла. – Это моя, какая же я дурочка! Сейчас всё сделаем… - обхватив Славика за шею, она принялась слизывать с его уха помаду. Виталик с содроганием наблюдал за этой жуткой процедурой; он готов был поклясться, что раз или два Геллин язычок проник прямо в ушную раковину его старого товарища.
Наташа, которая практиковала не столь прямолинейные методы, осторожно коснулась пальцами локтя Виталика.
- А? – хрипло пискнул Виталик.
- Вы уж нас извините, - прошептала Наташа. – Гелла… она… видите ли, ее недавно бросил молодой человек. Такая трагедия в ее жизни… Девушке хочется тепла и ласки, а ваш друг… очень напоминает ее бывшего. Вообще-то, обычно она так себя не ведет. Завтра ей наверняка будет стыдно…
Виталик с трудом отвел стекленеющий взгляд от разворачивающегося напротив блокбастера. На месте Геллы ему уже сейчас было бы очень стыдно.
- Взять вам пивка? – с некоторым опозданием Виталик вспомнил о том, что в первую очередь он всё-таки джентльмен.
- Я не пью, - Наташа покачала головой. Лучше бы она действительно не пила: опять чуть не вырвало. – И, если честно, не знакомлюсь с мужчинами в кафе. Я-то всего лишь хотела попросить сигаретку…
Лицо у нее было такое честное, а голос – такой искренний, что Виталик сразу и во всё поверил. Не интересуясь больше изнывающим под Геллиным языком товарищем, он схватил пачку «Мальборо» и одним движением вытряхнул всё ее содержимое Натарику на колени.
- Вот спасибо, - Наташа одновременно улыбнулась и хихикнула. Эта комбинация получалась у нее очень обаятельно. – Забыла предупредить – мне и одной хватит…
- Ой! Я такой неуклюжий!!! – Виталик принялся собирать сигареты, при этом то и дело проваливаясь рукой в разрез Наташиной юбки. Натарик полуприкрыла глаза и откинулась на спинку.
- О, боже… - томно сказала она. – Если вы хотите именно так… то нельзя ли ПОМЕДЛЕННЕЕ?
- …и где-нибудь в другом месте… - взмолился Славик, который уже всерьез беспокоился, как бы не распрощаться навсегда со своей ушной серой.

- Прикинь, Семён! – официантка влетела в кабинет директора кафе – тот едва успел спрятать под столом руку, в которой держал открытую бутылку коньяка. – Наши двое колбасопоклонников с девками тусят!
- Да ты что? – поразился директор. – И… как?
- В разгаре. Третью бутылку шампуня им оттащила.
- Погоди-погоди… Это с какими девками? Которые Гелка с Наташкой?
- Да вроде бы… Они тут редко появляются.
- Редко, но, блин, без промаха, как из гаубицы по совхозу. Всё, двоих клиентов у нас, считай, нет. Один за Гелкой бегать будет, как носками привязанный, а второй из-за Наташки вообще с собой кончит. За базар отвечаю!
- Да уж я смотрю, девки своё дело знают. Ладно, пошла работать дальше. Кстати, Семён, у тебя что-то из-под стола льётся. Кажется, коньяк.

Удалившись в «комнату для девочек», Гелла и Наташа вовсе не пудрили носики, как обещали. Они хохотали во всё горло и обменивались мнениями.
- Ребята готовы, - взглянув на часы, подвела итоги Гелла. – Только их уже пора развозить по домам. Пока их не развезло изнутри. В противном случае может не встать Главный Вопрос.
- Чего-чего? А, блин, ты про член? Гел, надоела уже со своим метеоризмом…
- С метафоризмом, ты хочешь сказать?
- Да я ничего не хочу сказать. Слушай, ну конкретно они тупые! Так ведутся, что даже странно. С пол-оборота ваще…
- Мужики, они такие. Они же козлы. Дьявол, у меня поехали колготки.
- Так и сними их. Будет гораздо эротичнее.
- Ну, если ты настаиваешь… - Гелла быстро стянула колготки, пульнула ими в раковину и всунула ноги обратно в туфельки. – Так лучше?
- Намного. Уходим отсюда, пока я сама тебя не захотела.

Если бы девушки могли подслушать, о чем разговаривали оставшиеся в зале Славик и Виталик, они не были бы настолько уверены в достигнутых успехах. После ухода Геллы и Наташи («Мы на пять минут, не скучайте!»), друзья тоже обменялись некоторыми мнениями.
- Чё-то это как-то… - сказал Виталик. – Как-то чё-та… да нет.
- Полностью согласен, - сказал Славик, ковыряя пальцем в ухе.
Виталик бросил настороженный взгляд на дверь «дамской комнаты».
- Слушай, - сказал он. – Тебе не кажется, что это как-то… ну, я даже не знаю.
- Кажется, - подтвердил Славик. – Кстати, кто из нас платит за шампанское?
- Ну, ты, конечно же. Ведь не я его заказывал!
- Да, но есть один момент. Я его тоже не заказывал.
- Но тогда… кто?!
Несколько секунд напряженной генерации воспоминаний и восстановления логической цепи недавних событий.
- Так, на шампанское мы попали, - сделал вывод Славик. – Что еще? В смысле… ну, не просто же так мы им споили три бутылки?
Виталик как мог быстро обмозговал возможные перспективы.
- Может, пригласить их потанцевать? Попросим включить какой-нибудь романтический музон…
- Охренела твоя голова! Сардельки же остынут!
- Да, вот здесь ты прав. И как тогда?...
- Вот ты докопался, откуда же я знаю, как тогда? Ты хоть определись – когда наступит это твоё «тогда»?
Виталик странно зажестикулировал руками, творя в воздухе какие-то магические знаки.
- Борисыч, я сурдопереводу не обучался!
- Если будет секс? – Виталик перешел на открытый телеграфный код.
- Пффффф! И чего? Забыл, как пользоваться?
- Смотря чем. Вдруг она захочет, чтобы с презером? У меня его, к примеру, нет…
- О боже, Виталий, не надо меня так жестоко разочаровывать! Кондомы можно купить в аптеке, это еще в первом классе по природоведению проходят! Так, молчи уже и не позорься, они возвращаются…

Отбытие из кафе несколько задержалось по причине того, что Славик и Виталик желали непременно доесть заказанные на десерт сардельки, но не могли есть их чересчур горячими. В одиннадцать вечера, провожаемые заинтересованным взглядом официантки, вышедшей на улицу покурить, две пары загрузились в два разных авто и разъехались. Гелла и Наташа на прощанье трогательно чмокнулись в щечку.
- Севастопольский проспект, четырнадцать, - проинструктировала Гелла водителя. – Милый, едем ко мне, - повернулась она к Славику. – Предки загорают на югах.
- Чертановская, пятьдесят один, - сориентировал шофера Виталик. – Предки загорают на Востряковском, - пояснил он Наташе.
…По дороге Гелла усиленно думала, нужен ли ей на следующий месяц такой поклонник. Славик думал, что, если дойдет до постели, для начала неплохо бы принять душ и вылить на себя пару литров одеколона. Натарик думала, что, если начать с деликатного минета при свечах, подружке точно придется выставлять ей текилу.
О чем думал Виталик, на некоторое время осталось тайной.

…Когда на горизонте Севастопольского проспекта показались в ночном мраке очертания родного дома, Гелла пришла к окончательному и очень твёрдому решению: такой поклонник ей НЕ нужен. Пусть он сейчас проводит ее до двери, и там она ему скажет: «Пока, милый, увидимся в следующей жизни!». Если же начнутся траблы, в любой момент можно позвать соседа Диму – парень работает охранником в клубе, ему к траблам не привыкать, а бицуха у него-о-о-о-о… Гелла проглотила набежавшие слюни и велела водителю тормозить.
Славик предусмотрительно открыл новой знакомой дверь и подал девушке руку.
- Мужик, ты не уезжай, - сказал он в кабину. – Геллочка, было приятно познакомиться, спокойной ночи.
После этих слов Гелла впала в заикание, от которого ее долго лечили в детстве. Одно дело – послать мужика подальше, стоя возле своей квартиры, а совсем другое – когда мужик посылает тебя, даже не доходя до подъезда.
- Т-т-т-ты к-к-куда? – изумленно спросила она.
- Ну-у… как – куда? Мне домой надо, - решения по пути принимала не только Гелла.
- Но мы же собирались… - ненавязчиво намекнула Гелла. – А… а я-то думала…
- Я тоже думал, - с достоинством ответил Славик. – И, я полагаю – это было бы подло с моей стороны.
- Но Сла-а-а-а-вичек! – чуть не расхныкалась Гелла. – Ну ладно тебе! Ну, зайди хоть на минуто-о-о-о-чку!!! А мне одной будет страшно! – резко применила она коварный прием.
- А ты кино посмотри, - придумал Славик отличный выход, вспомнив про свой диск дивиди.
- Ну блин! – Гелла затеребила Славика за рукав. – Во, я придумала! Давай я тебе номер своего мобильника оставлю. А ты, как приедешь, мне позвонишь. Хоть поболтаем… Вдруг передумаешь и вернешься?
Славик вытащил из кармана свою «Нокию» и активировал записную книжку.
- Диктуй, - обреченно сказал он.

…Проведя в квартире Виталика не больше десяти минут, Наташа нашла там свечи, о существовании которых Виталик даже и не подозревал.
- Где мы их зажжем? – тихим голосом спросила Наташа.
- А… где тут темнее всего? – сострил Виталик.
- Глупенький, электричество мы выключим. – Натарик встала вплотную к Виталику и нежно скользнула ладонью по молнии его брюк. – Я хочу сделать тебе… кое-что… но, может, у тебя есть особенное место, где тебе больше всего нравится? Некоторые мои знакомые любят… любили… чтобы в ванной.
- На кухне, без вариантов, - распорядился Виталик голосом Вин Дизеля.

Славик метался по своему жилищу бесноватой пантерой. Только приехав, он уже успел созвониться с Геллочкой и пообещал, что сейчас же выезжает обратно. Что, если вдуматься, полнейший дебилизм – зачем, спрашивается, наматывать такой километраж по городу?! Но Гелла с таким упоением расписывала, какая тоска на нее напала, едва габариты увозящей Славика машины растаяли вдалеке, и в какой она сейчас прозрачной ночнушке на голое тело, что у Славика в организме заработало какое-то давно перегоревшее реле.
Теперь он жалел о том, что уехал, жалел о встрече с Геллой, жалел о том, что прожора Виталик, которому лишь бы похавать колбасок, затащил его сегодня в это гребаное кафе.
В полном расстройстве чувств Славик машинально потянул на себя дверцу холодильника. Это действие всегда успокаивало его, ободряло, придавало уверенности в себе. Холодильник поприветствовал хозяина ярким светом и батоном сухокопченой колбасы «Кремлевская» на верхней полке. На нижней - ровно, по ниточке, залегли, как бойцы спецназа перед штурмом захваченного террористами здания, банки «Старого тельника».
«На пустой желудок даже горилла не возбуждается», - неожиданно совершил научное открытие Славик. Он сделал себе бутербродов, захватил пару банок «Тельника» и отправился в комнату, чтобы слегка поужинать перед бурной ночью.
…Через сорок минут он взял мобильный и перезвонил Гелле.
- Ты уже приехал?!!! – радостно закричала Гелла. Она уже на всё была готова, и пусть Натарик бухает за ее счет текилу хоть до полного посинения. – Видишь домофон? Набирай: двойка, решетка, три-шесть-один…
- Послушай, Гелла, - сурово оборвал ее Славик. – Я не у тебя. Мне сообщили, что мою двоюродную сестру с семьей захватили террористы. Требований пока не выдвигают, я должен участвовать в переговорах. Спецназу не доверяю, если всё повернется плохо, штурмовать буду сам. – Открываемая банка громко щелкнула.
- Слав, а это что сейчас было?
- Магазин пустой, вот дерьмо… - выругался Славик в трубку. – Дьявол, где же у меня запасной от пээмки… Пока, Гелла, я перезвоню.
- Сла-а-а-а-а-а-вик!!! – возопила Гелла, но захватчик террористов уже сбросил вызов. – Господи… - пробормотала она. – Он это что – серьезно?

Огоньки свечей мерцали и колебались, когда Наташа приводила в исполнение свой ПЛАН. Этот ПЛАН, при условии безукоризненного исполнения, бесповоротно сбрасывал жертву с прямой и ровной трассы спокойного существования на узкую тропинку скорого суицида. Как наркотик – главное, посадить на иглу, а остальное – дело времени. А Наташа умела исполнять такие ПЛАНЫ с блеском. Это искусство она осваивала долго и вдумчиво.
С точки зрения Наташи, всё шло именно так, как надо.
Артистичность, с которой девушка принимает «стартовое положение» перед Сеансом, включает в примитивной мужской психике последовательность диких, первобытных инстинктов. Мужчина ощущает себя завоевателем и победителем – всё с большой буквы. В дальнейшем, в зависимости от личности артистки, лишенный этих ощущений, чувствует себя полным ничтожеством и быстро впадает в депрессию. Чего, в общем, и требовалось добиться.
Натарик столь самозабвенно отдалась любимому занятию, что не сразу обратила внимание на странные эволюции, происходящие где-то у нее над головой. Развитию эволюций предшествовал какой-то загадочный чмок. Чмок прозвучал дважды.
Не сразу поняв, что происходящее носит какой-то подозрительно асексуальный характер, Натарик подняла глаза…
…Скоро она с огромной скоростью вылетела из подъезда и со всех ног понеслась прочь, громко, на радость поздним прохожим, давая себе страшные клятвы, что это, блядь, был последний минет в ее жизни.
Она не сразу поверила в увиденное. Подумала: привет, Натарик, это мы – твои ночные глюки. Но через секунду наступила полная ясность, и девушка оказалась в прихожей быстрее, чем поняла – загадочный двойной чмок был ни чем иным, как звуком открываемого и закрываемого холодильника.
Наташу потрясло даже не то, что будущий самоубийца нагло отхлебывал пиво из бутылки. Прежде ей попадались любители догоняться «по ходу» алкоголем, покуривать травку и даже ширяться героином. Но такое происходило крайне редко – Наташа сама по себе была лучше любых стимуляторов.
Виталик, он же «рыженький», с легкостью превзошел всех, и воплотил своё превосходство в самой кощунственной, чудовищной, нечеловеческой форме.
Левой рукой этот монстр доставал из стоящей рядом открытой консервной банки килек в слегка подсохшем томате, и, четко попадая в ритм Наташиных движений, отправлял их себе в рот.

…Наверное, для Наташи это действительно был последний в жизни минет. Стоит ей только подумать о чем-то подобном, в ушах вновь и вновь слышится убийственная реплика, донесшаяся до нее, когда она в темноте разыскивала по коридору свою сумочку:
- А что такого? Я просто хотел заодно перекусить!
«Жалко, я ТЕБЕ ничего не перекусила!» - с бессильной злостью отвечает в такие минуты Натарик бесплотному голосу.
Нет, такие уроды вены себе не вскрывают.

© Doff



Ссылка на сайт смешных историй Webest.Net обязательна!

Ноябрь 27, 2007 9:58 пп


Print version Print version | Скопировать(только IE)

Похожие смешные истории:

Один комментарий

  1. Administrator Says:

    День влюбленных

    В канун святого Валентина подруга приготовила Грине подарок – решила от него свалить. Счастливая улыбка, блеск в ее глазах и перманентная задумчивость – все говорило об этом. Гриня забеспокоился. Помимо жареной колбасы, больше всего на свете он любил свою Любку и не хотел ее терять. А та витала мыслями где-то далеко и на поцана наезжала постоянно.
    - Муфлон ты, Гриня, – говорила она. – Лежишь, бл**ь, все время, как Ленин в Мавзолее, и колбасу свою на**ываешь. А ведь жизнь проходит!
    - Ленин колбасу не жрет, он жмурик, – мудро возражал Гриня.
    - Невелика разница, – отвечала подруга и опять уходила в себя.
    А однажды Гриня нашел у Любки в сумочке гандоны. Случайно залез, гаечный ключ на сорок искал, и обнаружил. А нафига ей презики? Гриня сроду ими не пользовался, у него член малочувствительным становился. Поцан, когда кончал, тупо вытаскивал член вовремя и все ништяк. А тут, две упаковки гандонов, Да не простых, с ароматом клубники. Этого Гриня стерпеть уже не мог.

    Ночью, когда подруга спала, ревнивец прокрался на кухню и приготовил изрядную порцию отвара из кайенского перцу. Затем шприцом впрыснул зелье буквально по капельке внутрь каждого пакетика с презервативом, и аккуратно уложил обратно в сумку. Сделав дело, Гриня подлез подруге под теплый бочок и с чувством выполненного долга захрапел.

    * * *

    Следующим утром принаряженная Любка неслась на грешное свидание. Ее давно приглашал на палку чая некто Арнольд. У него были кривые ноги, толстое брюхо, волосатая грудь и толстый кошелек. А любой пелотке известно, что такие мужики самые е**ивые.
    Арнольд был не один. За богато накрытым столом сидели два его друга.
    - А, вот и наша принцесса! – довольно осклабился мужик и представил девушку гостям – Борису и Глебу. Веселье началось.
    Произносились тосты за прекрасных дам, за влюбленных, за доступное жилье, за повышение рождаемости. Водка лилась рекой. На шестнадцатой рюмке Любка обнаружила, что ее обнаженное тело ласкают шесть горячих рук и три не менее горячих х*я. Гринин писюль не шел с этими красавцами ни в какое сравнение. Девушка не оставалась в долгу, надрачивая поочередно то одному, то другому любезнику. Особо выделялся агрегат Арнольда. Здоровый, как у осла, он так и летал по телу Любки, проникая то подмышку, то между грудей, то норовя забраться в ж*пу. «Как в порнухе!» – пронеслось в голове у счастливой девушки.
    - Мальчики, е**мся только в презервативах! Я за безопасный секс, – задыхаясь, воскликнула Любка и вытащила гандоны из сумочки. Мужики в нетерпении быстро сорвали обертки, каждый оголил залупу, сжал пальцами кончик гандона и начал раскатывать изделие по члену. И тут что- то произошло.
    Внезапно глаза у парней полезли на лоб. Схватившись за свои достоинства, они исполнили какую-то дикарскую пляску. Потом, нечленораздельно мыча, казановы ломанулись прочь из комнаты и застряли в дверях. Более мелкий Глеб шустро сиганул между ног у друзей, влетел в совмещенный санузел и начал поливать член холодной водой из душа. Треснул дверной косяк, и Арнольд заскочил туда же, сунул свой агрегат в унитаз и дернул за ручку. Нерасторопный Борис забежал на кухню и подставил член под кран. Вся троица выла и материлась, причем эрекция у них не пропадала.
    Охреневшая Любка пошла посмотреть, что там за нездоровая канитель. Вид Арнольда с концом в унитазе, Бориса с членом в раковине и Глеба с пенисом под душем вызвал у нее кое-какие вопросы.
    - Мальчики, а что случилось? – спросила она.
    Ни слова не говоря, Арни и Глеб подхватили девушку под руки, подволокли к выходу и дали ей ха-а-арошего пенделя. Поднимавшаяся соседка, увидев, как два голых мужика с х*ями наперевес вышвыривают голую же девку из квартиры, на всякий случай ах*ела. Вслед Любке полетело ее барахло и похабное слово, после чего дверь захлопнулась.

    * * *

    Гриня лежал на диване и трескал «Докторскую», когда в дверь кто-то поскребся. На пороге стояла «блудная дочь».
    - Знаешь, все мужики такие козлы! – сказала Любка. – Один ты у меня хороший…
    - Да, я такой!- ответил Гриня и пошел пожарить еще колбасы.

    © Дмитрий ганДонской